Снег. На секунду взгляд застывает. Снег вокруг не сизый, он красный и чёрный — крап капель, длинные дорожки, огромные лужи… Повсюду кровь. Кровь людей и тварей.
Но думать сейчас опасно. Очень… Твою мать!
Левое бедро обжигает пламенем, и я даже не отставляя его, бью сверху по рухнувшему на колени азему.
— А-а, су-у-ка!
Но удар получается почти плашмя, по спине. Эта тварь снова поднимает свой кривой клинок.
— На сука, на сука, н-на-а су-у-ка!
Три удара по черепу, клинок застревает в раздробленной кости, я пытаюсь вытянуть его. Руки трясутся от злости, дыхание частое, сквозь зубы. Азем заваливается на меня, я левой рукой упираюсь в его череп, ладонь скользит по тёплым слизистым мозгам.
— С-с-сука, — ползёт сквозь зубы со свистом.
Наконец клинок выдернут, подошвой бью этой твари в скулу, оборачиваюсь… Бой закончен. Шеренги Линка навалились на оставшихся аземов, как-то молча, без «гра-а», и буквально затоптали и порубали их на мелкие куски.
Я какое-то время просто стою, стараясь справиться с тряской рук и успокоить дыхание…
— Чё там, серьёзное? — подбежавший Линк посмотрел на расплывающееся по левой штанине красное пятно.
— Да нет, царапнул, падаль, — сквозь зубы процедил я и осторожно присел на залитый кровью снег.
Правую ногу согнул, а левую оставил прямой. Дорвал рывком прореху на штанах, перекривился от боли и вида раны.
— Точно царапина. Ну может на овриг в глубину, не больше, — с улыбкой проговорил Линк, присаживаясь рядом на корточки. И это ничего, что овриг — сантиметр. В сравнении с некоторыми — да, царапина.
Я воткнул меч в землю, и достав из-за пояса ножик, распорол оторванную штанину. Линк тут же выхватил её из моих рук и принялся скручивать.
— Я сам перевяжу. Покрепче чтобы, — бросил при этом.
— Смотри, вон ещё живые остались, — я указал кивком головы в туман. Два бхура-эскура и штук пять аземов пытались удрать. Но их быстро настигали появившиеся всадники. Наш турм, не наш — непонятно. Не вижу вышивок на плащах.
— Кто это были, Линк? Бхуры или эскуры?
— Бхуры, Ант. Ты же видел они перевоплощались, когда с крестов падали.
Я кивнул, осмотрел свой плащ и сюрко, и заржав, повалился на спину. Лямки, чревл их дери!
В спину уткнулся край миски.
— Чего ржёшь? — спросил Линк. Он как раз скрученной штаниной с силой перетягивал бедро чуть выше раны, но услышав идиотский смех, замер и настороженно заглянул мне в лицо.
— Да всё нормально, — сказал я, подавив нервное веселье. — Походный мешок даже не сбросил. Кстати, там жгуты есть.
— Бывает, — бросил Линк и принялся завязывать узел. — Чревл с ними с теми жгутами. Не больно?
— Терпимо.
— А с мешками почти все, — он хохотнул. — Я правда сбросил. Ну так, у меня и опыт есть.
— Что, тоже на марше в такое попадали?
— Было дело, но в Зыби. А чтобы вот так, — он мотнул головой. — Странное дело. Ни разу не слыхал, чтобы в дне пути от лимеса твари набрасывались.
— Может, уже Вздох начался? — предположил я.
— Да ну, — Линк быстро завязал второй узел и плюхнулся задницей на свой пельт.
— Хм, мешок не сбросил, а пельт там кинул. Мешал он, — недовольно выдохнул я. — Всё наперекосяк. И с заклинаниями… чревл его знает, бил чем попало, вообще думать не успевал.
Я откинул голову, увидел ещё несколько шеренг, идущих к нам.
— Скорее всего, у них тут портал недалеко, — продолжил Линк, пропустив мимо ушей мой короткий самоуничижительный монолог. — Странно всё-таки. Не делали они раньше так. Полсотни тварей считай положили зазря.
— А наших сколько, — выдохнул я, и скинув лямки, поднялся. Рана горячо резанула, а я вдруг заметил свою левую руку в вязкой белой слизи. Чревл, мозги же ещё эти.
Скривившись, принялся оттирать ладонь снегом.
— Нормально всё?
Мы одновремено подняли взгляды. Наш лег-аржант. Лицо в чёрных точках подсыхающей крови тварей, сюрко заляпатан ею почти наполовину.
— Молодцы, парни. Отлично сработали. Особенно ты, — его взгляд задержался на мне. — С атакой ты здорово приду…
Шагах в десяти кто-то громко заругался, зовя командира, он оглянулся, и мы тоже посмотрели в сторону сдавленной, почти сквозь рыдания ругани.
— Да мин лег-аржант, чревл вас раздери! — парень, стоявший на коленях возле одного из тел, перешёл на крик. Лицо его было измазано чёрной кровью. Видать самолично завалил азема. — Умирает же он! Где эти чревловы лекари? А?! Мать их сурдетскую! Я их разорву, нихтовых ублюдков! Где они?!
Лостад заспешил к нему, следом направился и Линк. Ситуация явно выходила из под контроля. Ругавшийся парень подскочил, стал истошно выкрикивать полную чушь, про то, что нас бросили на смерть, что это было задумано. При этом он принялся размахивать мечом, и в его глазах заблестело что-то нехорошее.
Лостад нырнул под замахнувшуюся руку, схватил её, и вырвав меч, отбросил его в сторону. Затем залепил парню увесистую плюху, толкнул к Линку, а сам склонился над умиравшим. Линк схватил налетевшего на него парня за плечо, рывком усадил на землю, и присев рядом, стал что-то грубо объяснять.
Да уж. Похоже крышу слегка рвануло. Сколько ещё таких будет за время войны?
Медленно поднявшись, я попробовал опереться на раненую ногу. Вроде терпимо. Вытащил из земли меч.
Под левым коленом убитого азема увидел тёмное чёрное пятно. По ходу кто-то перерезал ему жилу, он повалился и по пути успел тесануть меня.
— С-сука, — повторил я, и увидел того, кто в бою привалился мне на спину. Двинулся к нему, сильно прихрамывая и пытаясь опираться на меч. Толку правда с этого не было, клинок уходил глубоко в землю. Наклонился, потрогал пульс на шее. Легионер был мёртв и я провёл ладонью по его лицу, закрывая глаза.
А на поле сражения уже выезжали телеги. Я оглянулся на окрики кучеров, подошёл к Лостаду.
— Выживет? — спросил почти шёпотом, омертвело застывая взглядом на раненом.
Тот дышал тяжело, с хрипом. Правая половина торса жутко рассечена несколькими ударами, сквозь кровавое месиво видны сломанные и вылезшие наружу рёбра. Я отвернулся.
— К лекарям срочно бы, — выдохнул Лостад и наторелым движением сдёрнул с себя плащ. Разложив его рядом с раненым, подозвал двух легионеров. Я было сунулся, сообразив, но он мягко отстранил меня.
— Так, — заруководил чётко. — Линк, иди сюда тоже. С той стороны бери. А вы за ноги, — это двум парням. — Аккуратно только. Не дёргайте.
Они медленно переложили парня на плащ, подняли осторожно.
— Следи за этим, — бросил он мне, кивнув на разбушевавшегося, и обратился к вцепившимся в края плаща. — На полусогнутых. Чтобы мягенько, как в самой дорогой карете, ясно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
